Академик Лихачев — о подвигах и ужасах блокадного Ленинграда. К 75-летию снятия блокады

75 лет назад был освобожден блокадный Ленинград

Академик Лихачев — о подвигах и ужасах блокадного Ленинграда. К 75-летию снятия блокады
Подробности Категория: Юбилейные даты : 27 января 2019 7095

Одна из самых скорбных и героических страниц Великой Отечественной войны: 27 января вся страна вспоминает подвиг осаждённого Ленинграда – 75 лет назад с города полностью была снята блокада, которая продолжалась ровно 872 дня.

Каждый из этих дней нёс с собой холод, голод, разрушение и смерть, но вместе с тем демонстрировал несгибаемую волю и мужество простых ленинградцев. А враг, казалось бы, был уверен, что городу подписан смертный приговор.

В начале сентября 1941 года Ленинград подвергся первым ожесточённым бомбёжкам. Артиллерийские обстрелы были регулярными. Советское руководство готовило к взрыву заводы, также затоплению подлежали все корабли Балтийского флота.

Активное продвижение с разных направлений немцев и финнов, казалось бы, не оставило сомнений в том, что город будет взят. Как отмечал легендарный полководец Георгий Константинович Жуков, «положение, сложившееся под Ленинградом, Сталин в тот момент оценивал как катастрофическое. Однажды он даже употребил слово „безнадёжное“».

11 сентября 1941 года – в первые дни блокады – именно Жуков назначается командующим Ленинградским фронтом. Он прибывает в город, чтобы навести порядок в армейских рядах.

Самыми жёсткими мерами (за самовольное покидание рубежа обороны – расстрел) ему удаётся остановить врага практически на подступах к Ленинграду: линия фронта пролегла всего в 16 километрах от Зимнего дворца – это был водораздел между жизнью и смертью.

Из директивы начальника штаба военно-морских сил Германии № 1601 от 22 сентября 1941 года «Будущее города Петербурга»:

«Фюрер принял решение стереть город Ленинград с лица земли. После поражения Советской России дальнейшее существование этого крупнейшего населённого пункта не представляет никакого интереса… Предполагается окружить город тесным кольцом и путём обстрела из артиллерии всех калибров и беспрерывной бомбежки с воздуха сравнять его с землёй.

Если вследствие создавшегося в городе положения будут заявлены просьбы о сдаче, они будут отвергнуты, так как проблемы, связанные с пребыванием в городе населения и его продовольственным снабжением, не могут и не должны нами решаться. В этой войне, ведущейся за право на существование, мы не заинтересованы в сохранении хотя бы части населения».

Самые массированные удары по городу немцы наносили в октябре–ноябре 1941 года. Эти бомбёжки были беспощадными и преследовали одну единственную цель – причинение максимального ущерба. Немцы целенаправленно били по трамвайным остановкам, городским улицам, больницам, в которых заживо горели люди, складам продовольствия.

10 сентября были полностью уничтожены Бадаевские склады, где хранились тысячи тонн продуктов, – по воспоминаниям очевидцев, расплавленный сахар тёк по улицам.

И если в первые месяцы блокады в большинстве случаев люди погибали под обстрелами, то уже вскоре в городе, изолированном немцами от всех транспортных связей с остальной страной, начинает господствовать голод – именно он унесёт впоследствии наибольшее количество жизней.

Из дневника жительницы блокадного Ленинграда Елены Скрябиной:

«Смерть хозяйничает в городе. Люди умирают и умирают. Сегодня, когда я проходила по улице, передо мной шёл человек. Он еле передвигал ноги. Обгоняя его, я невольно обратила внимание на жуткое синее лицо. Подумала про себя: наверное, скоро умрёт. Тут действительно можно было сказать, что на лице человека лежала печать смерти.

Через несколько шагов я обернулась, остановилась, следила за ним. Он опустился на тумбу, глаза закатились, потом он медленно стал сползать на землю. Когда я подошла к нему, он был уже мёртв. Люди от голода настолько ослабели, что не сопротивляются смерти. Умирают так, как будто засыпают.

А окружающие полуживые люди не обращают на них никакого внимания. Смерть стала явлением, наблюдаемым на каждом шагу. К ней привыкли, появилось полное равнодушие: ведь не сегодня – завтра такая участь ожидает каждого. Когда утром выходишь из дому, натыкаешься на трупы, лежащие в подворотне, на улице.

Трупы долго лежат, так как некому их убирать. Е.А. Скрябина, суббота, 15 ноября 1941 год».

Ежедневно в Ленинграде умирали по несколько тысяч человек. С каждого метра земли колхозов и совхозов блокадного кольца собирали всё, что хоть как-то могло пригодиться в пищу. Но обеспечить себя продовольствием сам город, конечно, не мог.

20 ноября — мирным жителям и войскам — в очередной раз пришлось сократить нормы выдачи хлеба. Солдаты стали получать 500 граммов в сутки, рабочие — 250 граммов, все остальные — 125 граммов.

Рецепт приготовления блокадного хлеба тоже постоянно менялся – в него добавляли практически несъедобные примеси, целлюлозу, из которой подчас блокадный хлеб состоял почти наполовину. Кроме такого «хлеба», люди не ели почти ничего.

«Главное впечатление моего детства — война, блокада. Хорошо помню, как напряжённо смотрела на часы: когда же стрелка наконец дойдёт до нужного деления и можно будет съесть крохотную дольку от пайки хлеба? Такой жёсткий режим устроила нам бабушка — и потому мы выжили.

Да, блокадники были очень сосредоточены на себе, и эта созерцательность своего внутреннего состояния и дала нам возможность, во-первых — выжить, во-вторых — всё, всё запомнить.

Может быть, когда-нибудь напишу об этом… Вместе с трудным, с очень страшным, в моих детских впечатлениях из тех дней осталось и острое ощущение того, что у нас, блокадников, была особая потребность в улыбке, — видимо, в этом заключалась и какая-то психотерапия, какая-то даже физическая защита…»,

— рассказывала в одном из интервью актриса Алиса Фрейндлих, которая осенью 1941 года пошла в первый класс.

Фактически единственной связью осаждённого города с Большой землей была «Дорога жизни», проходившая по Ладожскому озеру.

Под обстрелами противника по ней вывезли более миллиона людей, а в город доставляли провизию и топливо: в период навигации – водным транспортом, в зимнее время — по льду.

При этом проезд по скованной льдом Ладоге был связан с ежесекундным риском — за время работы трассы произошло более 350 провалов автомашин.

Из дневников ленинградской школьницы Антонины Григорьевой:

«Вагоны стояли набитыми, как в бочке селедок, слабыми людьми. Это было днем. К ночи нас повезли по лесной узкоколейке, потом посадили на машины и везли по Ладоге. Ехать было страшно, нас обстреливали.

Мой брат Женя нам говорит: «Мама, Тося и Коля, закрывайте глаза, чтобы не так было страшно тонуть». Воды на льду было много, машинам ехать трудно, но мы, слава Богу, до берега доехали, после нас еще несколько машин доползли, а потом раздался страшный крик.

На берегу была огромная беда — кричали, плакали, что на дно Ладоги ушло семь машин с людьми, а может, и больше».

Несмотря на все усилия, часть измученных голодом людей не могли спасти даже после того, как их удавалось перевезти в тыл — настолько истощён был организм.

Среди тех, кого эхо блокады настигло уже на «Большой земле», была и 14-летняя Таня Савичева, которая потеряла в холодном и опустевшем Ленинграде почти всю семью – маму, бабушку, сестру, брата и двух дядей.

С самого начала Таня вела свой блокадный дневник, ставший одним из символов Великой Отечественной войны.

Сколько жизней унесла блокада Ленинграда – неизвестно до сих пор. На Нюренбергском процессе фигурировало число — 632 тысячи человек, однако многие историки считают, что жертв было гораздо больше, и называют цифру — 1,5 миллиона.

Так или иначе, но подавляющее большинство мирных жителей погибло от голода и болезней, а не от обстрелов. Несмотря ни на что, Ленинград, имевший не только стратегическое, но и особое символическое значение как для родной страны, так и для противника, выстоял.

И его образ воспет навеки.

«И не проходят даром эти дни,

Неистребим свинцовый их осадок:

Сама печаль, сама война глядит

Познавшими глазами ленинградок».

(Ольга Берггольц, «Ленинградке», 8 марта 1942 года).

За мужество и героизм, проявленные жителями в страшные дни блокады, Ленинграду было присвоено звание города-героя. В честь полного освобождения от вражеской блокады 27 января в восемь часов вечера разрушенный, изнуренный, но непокоренный город салютовал 24 артиллерийскими залпами из 324 орудий.

Жертвы артиллерийского обстрела на проспекте 25-го Октября (Невский пр.). Октябрь 1941 г. © Давид Трахтенберг

Источник: https://historyrussia.org/sobytiya/kalendar/75-let-nazad-byl-osvobozhden-blokadnyj-leningrad.html

Исполняется 75 лет снятию блокады Ленинграда. Почему о ней столько спорят?

Академик Лихачев — о подвигах и ужасах блокадного Ленинграда. К 75-летию снятия блокады

Блокада Ленинграда – одно из самых драматичных событий Второй мировой войны. За 872 дня осады города погибли, по разным данным, от 600 тыс. до 1,5 млн ленинградцев, большинство из них – от истощения и голода. Блокаду установили 8 сентября 1941 года, прорвали 18 января 1943 года и полностью сняли 27 января 1944 года.

До сих пор многие вопросы о тех событиях остаются открытыми, а взгляды власти и общества на блокаду часто оказываются противоположными.

Почему город оказался осажден?

Блокада установилась, когда немцы прорвали фронт советских войск в двух местах, выйдя к Финскому заливу с одной стороны и к Ладожскому озеру с другой. Так город оказался блокирован с юга. На севере вдоль всего Карельского перешейка проходил советско-финский фронт.

Wikimedia

Немцы нещадно бомбили Ленинград и его пригороды. 8-10 сентября из-за бомбежек сгорели Бадаевские продовольственные склады на юге города. В итоге 3-миллионный город оказался в кольце врагов без продовольствия. Землю из-под складов в осажденном городе продавали – из нее вытапливали жженый сахар.

Wikimedia

Ежедневная норма хлеба опустилась до 125-400 грамм в зависимости от статуса человека (рабочий, служащий, иждивенец). Снабжение велось лишь по льду Ладожского озера – дороге жизни. Тем же путем из города эвакуировали миллионы людей, в первую очередь детей. Несмотря на это, в городе имели место случаи канибализма.

2,5 года советские войска с двух сторон старались прорвать позиции немцев в районе Шлиссельбурга и станции Мга. Особенно жестокие бои велись за Невский пятачок – небольшой плацдарм Красной армии на левом берегу Невы.

​ Wikimedia Лишь 18 января 1943 году в ходе операции “Искра” блокада была прорвана. Войска Ленинградского и Волховского фронтов соединились, был освобожден Шлиссельбург. Однако еще год понадобился для того, чтобы выбить немцев с южных и западных рубежей Ленинграда, откуда они обстреливали город. Полностью осаду сняли 27 января 1944 года.

Почему советская власть замалчивала блокаду?

После блокады у жителей Ленинграда появилось особое самосознание. В годы осады люди были оторваны от московской власти, не было репрессий и идеологической борьбы – все были заняты выживанием. Одним из символов блокадной общности стала поэт Ольга Берггольц, которая все годы осады обращалась по радио к жителям города.

Уже в 1944 году в центре города был открыт огромный Музей обороны и блокады Ленинграда, за полгода его посетили полмиллиона человек. Люди несли туда фотографии своих погибших родственников, предметы быта, дневники.

Среди них был знаменитый дневник Тани Савичевой, а также 8-метровая пирамида из пробитых немецких касок. В 1945-м выставку с 10 тыс. экспонатами посетили Георгий Жуков и Дуайт Эйзенхауэр.

Американский генерал и будущий президент США восхитился экспозицией.

Экспонат Музея блокады. Wikimedia

Однако в 1949 году музей подвергся репрессиям в рамках Второго ленинградского дела. Тогда были расстреляны и отправлены в ГУЛАГ многие руководители Ленинграда. Московская власть преследовала их, так как считала чересчур свободолюбивыми, в том числе и из-за блокадного опыта.

Посетивший в 1949 году Музей блокады Георгий Маленков раскритиковал выставку за то, что в ней недостаточно говорится о роли Сталина в победе. Осенью 1949-го музей закрыли, а в 1952-м ликвидировали.

Его директор фронтовик Лев Раков был арестован. Как вспоминают свидетели тех событий, чекисты сжигали во дворе музея тысячи фотографий погибших блокадников и документы.

Музей был восставлен лишь в Перестройку, площадь экспозиции сократили в 10 раз.

Экспонат Музея блокады. Wikimedia Власти преследовали и Ольгу Берггольц. Ее блокадный дневник опубликовали только в Перестройку, поэтессу отказались хоронить на Пискаревском мемориальном кладбище, памятник на ее могиле поставили только в 2005 году.

Точно такой же цензуре подверглась “Блокадная книга” Даниила Гранина и Алеся Адамовича. Документальная хроника блокады с леденящими душу воспоминаниями очевидцев была запрещена. Советская власть подчеркивала подвиг защитников Ленинграда и старалась умалчивать страдания жителей города.

Празднование 75-летия снятия блокады

В этом году годовщину снятия блокады широко отмечают по всей России. Живущим в Подмосковье блокадникам и участникам обороны Ленинграда власти выплатили по 3 тысячи рублей, в Петербурге открыли музей медицины времен блокады.

Репетиция парада на Дворцовой. 25-29 января 90 блокадников из 20 стран посещают Петербург для участия в памятных мероприятиях: возложении венков на Пискаревском мемориальном кладбище, параде на Дворцовой площади и праздничном концерте в Большом концертном зале “Октябрьский”.

Специально к памятной дате режиссер Алексей Козлов снял военную драму “Спасти Ленинград”. Ее планируют показать по федеральным каналам и в кино.

Кадр из фильма “Праздник”. Wikimedia

Другим громким фильмом о блокаде стала картина “Праздник” Алексея Красовского. Черная комедия о пире во время чумы – богатом и сытом праздновании Нового года в осажденном городе – вызвала скандал. Ее не показали ни по ТВ, ни в кинотеатрах, а после удалили и с .

Отличились в праздновании снятия блокады и политики. Депутат Госдумы из Башкирии Ильдар Бикбаев (“Единая Россия”) предложил россиянам прожить день 27 января, питаясь только блокадной нормой хлеба в 125 грамм и водой «для понимания эмоционального состояния людей во время войны».

Ильдар Бикбаев. bashkortostan.er.ru Бикбаев добавил, что сам в этот день раздаст на Пискаревском кладбище хлеб, который испекли в хлебопекарне башкирского Бирска «по рецепту блокадного Ленинграда». «Технологи пекарни подобрали рецептуру, аналогичную той, которая была в 1941 году в Ленинграде, за исключением обойной пыли», — сказал депутат.

Что не так с парадом на Дворцовой?

В этом году вновь разгорелся и конфликт власти и общества вокруг блокады. Многие петербуржцы и либеральные политики выступили против праздничного парада на Дворцовой площади.

По их мнению, в эту скорбную дату нельзя проводить торжественных маршей. Петербургский историк и журналист Даниил Коцюбинский обратился с открытым письмом к врио губернатора Петербурга Александру Беглову.

Обращение подписали тысячи петербуржцев.

Даниил Коцюбинский. Фейсбук“Намеченное мероприятие, по нашему глубокому убеждению, абсолютно неадекватно скорбному смыслу той памяти, которую несет в себе мемориальная дата 27 января.

Да и о каком праздновании, о каком „торжественном марше“ вообще может идти речь, когда государство не выполнило перед городом главной обязанности: не назвало истинное число жертв блокады, не поименовало каждого погибшего ленинградца, среди которых было большое число детей?” – говорится в письме.

Репетиция парада на Дворцовой. “О каком праздновании можно говорить, когда до сих пор не поименованы все воины, павшие в битве за Ленинград? Не только не поименованы, но и не захоронены.

Незнание документов блокады, исследований петербургских историков, опубликованных дневников жителей блокадного города не освобождает от ответственности.

К сожалению, истинное знание о блокаде никогда не было приоритетным для властей города”, – считают авторы обращения.

Источник: https://www.anews.com/p/104413465-ispolnyaetsya-75-let-snyatiyu-blokady-leningrada-pochemu-o-nej-stolko-sporyat/

Подвиг и боль: героические 872 дня блокадного Ленинграда

Академик Лихачев — о подвигах и ужасах блокадного Ленинграда. К 75-летию снятия блокады

Блокада — это та правда Великой Отечественной, к которой трудно прикасаться. В годы войны лишения испытывала вся страна, но на долю ленинградцев выпали самые страшные испытания.

27 января 1944 года войска Ленинградского, Волховского и 2-го Прибалтийского фронтов победно провели Ленинградско-Новгородскую стратегическую наступательную операцию и разгромили красносельско-ропшинскую группировку вермахта.

В день 75-летия разгрома немцев под Ленинградом «Известия» вспоминают о том, как выжил город на Неве.

Операцию называли романтично — «Январский гром». Это была настоящая победная весна среди суровой зимы! Гитлеровцев окончательно отбросили от стен города Ленина.

В тот вечер тысячи людей нашли в себе силы, чтобы выйти на улицы, когда ленинградское небо расцветили вспышки салюта. Это воспринималось как чудо. Как рубеж. Позади — 872 дня смертельной опасности.

Впереди — возрождение. Изможденный, обессиленный город расцвел среди зимы.

Голодная зима

Немцам удалось блокировать Ленинград на 79-й день войны, после захвата Шлиссельбурга. В тот же день захватчики маршировали по ленинградским пригородам. Пройти дальше им не удалось — ни первой фронтовой осенью, ни позже. Вместе с жителями пригородных районов в блокадном кольце оказались более 2,8 млн человек.

Трудно отрешиться от горечи при мысли о том, что тогда, первой фронтовой зимой, страна не сумела вырвать «город над вольной Невой» из тисков окружения, не сумела спасти тысячи ленинградцев, которых унес голод.

В детстве, узнав в самых общих чертах о трагедии Ленинграда, я мечтал о машине времени и о волшебной палочке, чтобы помочь нашим дедам разомкнуть кольцо блокады и доставить в город продовольствие…

Но «переиграть» историю невозможно.

Ошибки первых недель войны обходились дорого. Для Ленинграда — особенно. Город оказался не готов к осаде. Острая нехватка продовольствия и топлива ощущалась уже в начале осени. При этом городским властям не удалось провести масштабную эвакуацию — даже детей, инвалидов и стариков.

С 20 ноября по 25 декабря 1941 года ленинградцы получали самую низкую норму хлеба за все время блокады — 250 г по рабочей карточке (это примерно треть жителей города) и 125 г служащим, иждивенцам и детям… Работавшие в горячих цехах получали 375 г.

И это был хлеб с овсяной шелухой, целлюлозой и обойной пылью. С 25 декабря нормы стали возрастать: помогала Дорога жизни. Но в рано ударившие холода еще труднее было найти дополнительное пропитание… Каждый ленинградец жил на волосок от голодной смерти.

Самые черные дни Ленинграда — это ранняя зима 1941–1942-го, первая блокадная зима. В городе не работала система отопления, не было горячей воды. Не хватало топлива — и поэтому стоял транспорт. В январе 1942 года в городе умерло 107 477 человек, в том числе 5636 детей в возрасте до одного года. Среди них — и погибшие при бомбежках, и жертвы болезней, но 9 из 10 унёс голод.

Передают атмосферу тех черных месяцев стихи Анны Ахматовой:

Птицы смерти в зените стоят.

Кто идет выручать Ленинград?

Не шумите вокруг — он дышит,

Он живой еще, он все слышит:

Как на влажном балтийском дне

Сыновья его стонут во сне,

Как из недр его вопли: «Хлеба!»

До седьмого доходят неба…

Но безжалостна эта твердь.

И глядит из всех окон — смерть.

И стоит везде на часах

И уйти не пускает страх.

22 ноября началось движение «полуторок» по специально проложенной через Ладожское озеро ледовой дороге.

Страна не могла прорвать окружение в первую блокадную зиму, но военным, морякам, ленинградцам удалось в условиях блокады провести по Дороге жизни, по дну Ладожского озера три магистрали: телефонный кабель, трубопровод и линии электропередач.

Блокадный город получил связь с Большой землей, получил топливо и электричество. Без этих подводных артерий город ждала верная гибель.

В записках академика Дмитрия Лихачева есть, на первый взгляд, парадоксальная мысль: «Только умирающий от голода живет настоящей жизнью, может совершить величайшую подлость и величайшее самопожертвование».

И то, и другое — и самопожертвование, и подлость — он видел в дни блокады. Но победило все-таки самопожертвование. Голод расчеловечивает, корежит психику.

Но ленинградцам и в этих тисках удалось сохранить человеческий облик.

Борьба за умы

На полную мощь работала немецкая пропаганда. Нацисты понимали: не выиграв борьбу за умы, невозможно ни одолеть, ни уничтожить врага. Первые вражеские листовки появились в городе еще в середине июля. Выпускались поддельные выпуски «Правды» и некоторых ленинградских газет. По радио велись антисемитские передачи на русском языке.

Приведем одну из многих листовок, которые распространяли гитлеровцы в осажденном городе: «Ваши вожди хотят сжечь и взорвать ваши фабрики, ваши склады, ваши жилища и этим предать вас голодной смерти и морозу. Собирайтесь силами и занимайте свои фабрики и склады, охраняйте свои дома и сопротивляйтесь преступным поджигателям и взрывателям!».

Немцы пытались дискредитировать саму идею защиты Ленинграда, рисовали розовые перспективы капитуляции… Но они получили отпор и на этом поле боя. Ответным оружием несломленного Ленинграда стало радио. На улицах города появились сотни новых репродукторов.

«Зима. Хрипло и приглушенно говорит радио. Слышно, как в паузах голодный диктор заглатывает слюну», — это из дневника писателя Леонида Пантелеева. Но радио не смолкало. Оказалось, что постоянное звуковое сопровождение смягчает ужас голода и одиночества.

Ежедневно на улицах города появлялись ленинградские «Окна ТАСС». Художники умирали от голода, но работа не прекращалась. Для многих это был знак: город живет и сражается. Умер от голода с кистью в руках 25-летний Моисей Ваксер, который, кроме плакатов, создал в декабре 1941 года проект будущего парка Победы.

Не сомневался в победе и архитектор Александр Никольский. В его дневнике есть запись: «Смерти уже не потрясают. Нервы притупились… Но сдавать город нельзя. Лучше умереть, чем сдать. Я твердо верю в скорое снятие осады и начал думать о проекте триумфальных арок для встречи Героев — войск, освободивших Ленинград».

И он рисовал, рисовал триумфальные арки Победы первой блокадной зимой.

Не менее важную роль сыграла Седьмая симфония Дмитрия Шостаковича, ставшая для всего мира символом героического сопротивления осажденного города и получившая имя «Ленинградской». 20 июня 1942 года в США вышел номер журнала Time c портретом Шостаковича в пожарной каске на обложке. Гениальный композитор на фоне горящего города… Лицо утонченного интеллигента — и пожар войны.

Паутина лжи

В последние годы неожиданно сомкнулись с немецкими пропагандистами некоторые современные «потрясатели основ» — в том числе и наши соотечественники, для которых рассуждения о блокаде стали лишь поводом для пересмотра всех — без разбора — устоявшихся в нашем обществе представлений об истории.

Их задача — тотальная дегероизация Великой Отечественной. Последствий они не просчитывают — главное «ввязаться в драку», завоевать пропагандистскую инициативу. Время от времени мы слышим оскорбительный по сути вопрос: «А стоило ли оборонять Ленинград? Может быть, гуманнее было бы сдать город врагу?».

Я повторил эти слова одному из детей блокады — олимпийскому чемпиону, выдающемуся борцу вольного стиля Александру Владимировичу Иваницкому. Он ответил без колебаний: «Так могут думать только люди, не знающие и не понимающие русского характера. У нас принято сражаться до конца.

А если бы капитулировали — нас бы просто сейчас никого не было на свете». Александр Владимирович видел смерть. В первую блокадную зиму, когда весь Ленинград мечтал «дожить до травы», голодал в квартире с заколоченными окнами, в которой день смешался с ночью.

И все-таки у него нет сомнений: не было другого пути, кроме сопротивления.

https://www.youtube.com/watch?v=9wvhFv8EXd4

Для версий о благополучной судьбе капитулировавшего Ленинграда просто нет оснований. Гитлеровское командование опасалось непредсказуемых уличных боев и сознательно избрало блокадную тактику уничтожения города. «В город не вступаем, капитуляцию не принимаем», — таким принципом руководствовались генералы Вермахта после первой, неудачной, попытки штурма.

На советской земле гитлеровцы вели войну на уничтожение. Щадить Ленинград не входило в их планы. Они придавали еще большее значение символам, чем советские идеологи, а Ленинград считался (и действительно был!) символом и Октябрьской революции, и Петровской империи.

Не стоило ждать от «сверхчеловеков» и уважения к культурному наследию Ленинграда, к его архитектурным шедеврам, музеям и храмам. Месяц за месяцем накапливалась злость захватчиков на город, на его защитников и жителей. Уничтожение Ленинграда — Санкт-Петербурга должно было символизировать слом советского и русского (в данном случае это почти синонимы) духа.

Расчет варварский, но неглупый: подняться после такого удара нашей стране было бы непросто. Достаточно вспомнить дневниковую запись немецкого генерал-полковника Гальдера: «Непоколебимо решение фюрера сравнять Москву и Ленинград с землей, чтобы полностью избавиться от населения этих городов, которые в противном случае мы будем кормить в течение зимы.

Задачу уничтожения городов должна выполнить авиация. Для этого не следует использовать танки». И таких свидетельств немало.

Никто не забыт и ничто не забыто

Северная столица стала для всей страны примером мужества. Ничто не могло заслонить этого мученического подвига. 1 мая 1945 года в приказе Верховного главнокомандующего именно Ленинград был назван первым городом-героем. Нет в России большей святыни, чем камни Пискаревского кладбища. Там покоятся 500 тыс. блокадников.

Автор цитаты

Их имен благородных мы здесь перечислить не сможем,

Так их много под вечной охраной гранита.

Но знай, внимающий этим камням:

Никто не забыт и ничто не забыто.

Это слова Ольги Берггольц, поэтессы, которая была собеседницей, утешительницей, вдохновительницей ленинградцев с первого до последнего дня блокады.

Печать блокады навсегда осталась на облике города, который ныне снова носит свое первое имя — Санкт-Петербург. Но слово «Ленинград» даже много лет спустя будут повторять русские люди — с болью и любовью.

Каждое историческое событие — даже такое трагическое — имеет свой смысл, посыл в будущее. Второго Ленинграда в истории современных войн не было. Ни одному городу не довелось выдержать столь жестокую и продолжительную осаду и остаться неприступным.

Ни один город не принес для победы такую жертву. История ленинградской блокады стала для нас, для всего мира предупреждением о том, что современную войну уже невозможно воспринимать как продолжение политики другими средствами. В наше время большая война — это смерть.

Не затерялся ли, не стерся ли этот урок блокады за 75 лет?

Автор — заместитель главного редактора журнала «Историк»

Источник: https://iz.ru/838226/arsenii-zamostianov/podvig-i-bol-geroicheskie-872-dnia-blokadnogo-leningrada

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.